Corwin (realcorwin) wrote,
Corwin
realcorwin

Category:

Новости с Вестероса

Сегодня у нас в программе:

- 12 иллюстраций Джона Пикасио для календаря 2012 года;



- два десятка работ работ Майкла Комарка, в том числе для календаря 2009;



- иллюстрации Магдалены из Польши;

- а также отрывок из справочника "Мир Песни Льда и Пламени" о Завоевании Вестероса Эйегоном Таргариеном.

Итак, Джон Пикасио. Излюбленная техника - сочетание классической иллюстрации и цифровой. Картины для месячника Джона Пикасио и его комментарии к каждой:


Бран Старк (январь). Очень люблю, когда художники изображают моменты, не прописанные в книгах напрямую, додумывают пропущенные сцены. На этой картине Бран Старк, в мире и спокойствии, сидит со слепой стороны Первой Твердыни, возвышаясь над Винтерфеллом.


Джон Сноу и Призрак (февраль). Сложно даже сказать, кого мне понравилось рисовать больше — Джона Сноу или Призрака. Эти двое относятся к числу самых моих любимых персонажей серии. Черный цвет Ночного Дозора, лютоволк-альбинос и белая снежная пороша — эти элементы делают рисование совсем простым.


Дейенерис Таргариен (март). При изображении Дени самым сложным было соединить ее сочувствие к окружающим и наивность со столь же присущими ей силой и гордостью — надо очень тонко их сбалансировать. Для меня одной из самых сильных сцен с героиней была развязка событий в Юнкае.


Робб Старк (апрель). Лоуренс Аравийский — один из моих любимейших фильмов, и мне очень нравится, как режиссер Дэвид Лин строит кадр с крупным планом, чтобы тот получался одновременно интимным и величественным. Я тщательно обдумывал этот вопрос, работая над картиной с Роббом.


Арья Старк (май). «Коли их острым концом!» Моя дочь Саманта Кейт родилась в период моей работы над этим календарем, и ее вздорный нрав вдохновлял меня при создании образа Арьи. Эту картину я посвящаю своему годовалому зверьку и всем драчливым девочкам в мире.


Тирион Ланнистер (июнь). Тирион, наряду с Джоном Сноу и Призраком, тоже один из любимейших моих героев. Когда я показал свой первый черновик картины, Джордж заметил, что у Тириона не хватает бороды и длинных волос — он напомнил, что к моменту Битвы на Черноводной Тирион отрастил не только неряшливую бороду, но и копну волос. Забавно, что мне при чтении этот факт совершенно не запомнился, но он, тем не менее, остается фактом. Исправив это, я трудился над тем, чтобы передать на картине дух Тириона, а не одну лишь внешность. Тайвин Ланнистер может отказываться считать младшего сына львом-Ланнистером, но я воспринимаю его именно так.


Мелисандра (июль). Моя дань уважения Густаву Климту и Роберту МакГиннису — двум художникам с совершенно разной техникой, но моим кумирам в изображении женщин. В их картинах заключена бессмертная душа и сила, и я хотел создать изображение, соответствующее их работам по силе характера героини.


Джейме Ланнистер (август). Символ зодиакального созвездия Льва — разумеется, лев, так что я не устоял перед искушением изобразить в этом месяце Ланнистера. В книге, даже если специально выискивать, не так уж много описаний Джейме в битве, но перед нашим мысленным взором он всегда предстает дерзким и бесстрашным воином. Я попробовал изобразить на картине то, что должны были увидеть перед собой Эддард Карстарк и Дарин Хорнвуд в битве в Шепчущем лесу.


Гора и Красный Змей (сентябрь). Когда я готовил свой список кандидатов для календаря с героями и сюжетами, Мартин внес несколько собственных предложений. Поединок Горы и Красного Змея был одной из лучших идей — спасибо, Джордж!


Санса Старк и Пес (октябрь). Красавица и чудовище! Мой подарок многочисленным фанатам, неравнодушным к этой парочке. Снаружи бушует Битва на Черноводной, пляшет дикий огонь, бросая странные отсветы на стены и ужасное лицо Пса — когда же лучше представить этого героя, как не в канун Хэллоуина, не в сезон опадающей листвы?


Иные (ноябрь). Немногие художники брались за рисование Иных, и обычно их изображают похожими на Толкиеновских назгулов. Но у меня в голове книжное описание Мартина породило совсем другой образ, я представлял их более призрачными и бесплотными. И когда Джордж предложил художнику, создающему комикс по Игре престолов, вдохновляться моей версией Иных, я понял, что был на правильном пути.


Нед Старк (декабрь и обложка). Зима близко — что тут еще скажешь?..


Следующий - Майкл Комарк.


Роберт и Рэйгар


Эйрис и Джейме


Мелисандра


Джон и Тирион


Эддард Старк


Джон и Призрак


Тайвин Ланнистер


Тирион


Григор Клиган


Джейме


Серсея


Джейме


Арья


Сандор Клиган и Беррик Дондарион


Рождение Драконов


Дар Брандона: Бран, Ходор и Риды


Санса


В Близнецах (Красная Свадьба)


Тирион


Лорас Тирелл


"Художница из Польши по имени Магдалена творит с гелевой ручкой настоящие чудеса. Художница уделяет огромное внимание деталям: в руках Сансы голубая роза, у ног пес с изуродованной мордой, на плече птица пересмешник, тут же волк и лев, а обрамляют рисунок заросли (в т. ч. роз, символ Тиреллов), из которых никак не выбраться. На другой иллюстрации зритель видит разные половины лица Пса, когда у него в спутницах Арья и Санса, причем на этот раз Санса не срисована с актрисы Софи Тернер. На другой иллюстрации Сандор сидит у ног Сансы, и позы героев повторяют знаменитую картину "Король Кофетуа и нищенка" Бёрн-Джонса, за которую он получил Орден Почётного легиона."








Семейство Ланнистеров (и приспешники)




Под Сердце-деревом (Старки)


Арья, Сандор и птичка (Мой сосед Тоторо)


Ну и наконец обещанный отрывок в переводе Xanvier Xanbie. "Мир" будет излагаться от лица нескольких мейстеров, каждый из которых привнесет в повествование свои взгляды и знания. Преимущественно это будет изложение истории и деталей мира, которые не могли бы встретиться в художественных романах, так как, к примеру, Мизинцу в них совершенно не с кем поделиться своими знаниями и интересом к торговой политике времен Эйегона II. (Кстати, Мартин подтвердил, что Мизинец не войдет в число персонажей, от лица которых подаются главы ПЛИО.) В то же время, рассказанное в «Мире» не будет содержать спойлеров по серии ПЛИО, вроде детального изложения событий в Летнем Замке (Мартин говорил, что эта история будет представлена в одном из будущих рассказов про Дунка и Эгга) или история кончины отца Эгга Мэйкара (и эта часть истории тоже будет изложена в повестях) — можно считать, что на некоторых местах в книге будут большие чернильные кляксы. Ожидается, что книга поступит в продажу в конце 2013 года."

Начнем с того, что есть некоторое противоречие с датой начала эйегонова царствования. Даты до этого события указываются как до н.э. (до нашествия Эйегона), а даты после — как н.э. (нашествия Эйегона). Однако между высадкой Эйегона в Вестеросе, на берегах Черноводного залива, и его коронацией Верховным Септоном в Староместе прошло два года. По сей день ведутся споры, с какой именно даты должен начинаться новый отсчет.

В Валирии было около сорока великих домов, которые вели борьбу за власть. Таргариены не были великим домом и не входили в это число. Дейенерис Сновидица, дочь главы дома Таргариенов, предвидела Рок — по слухам, увидела его в пламени — и убедила своего отца покинуть Валирию. Ее отец Эйенар увез свою семью, а также пять драконов, на Драконий Камень, который к этому времени уже двести лет как был самым западным владением Валирии. В самой Валирии этот поступок сочли проявлением слабости, но спустя двенадцать лет после отплытия Эйенара на Драконий Камень грянул Рок.

Таргариены правили Драконьим Камнем в течение следующих ста лет — это время прозвали Годами Семьи (или же Годами Крови). Их союзниками были Веларионы и Селтигары. Из пяти вывезенных из Валирии драконов четверо умерли, остался один Балерион. Однако из двух драконьих яиц вылупились еще два дракона, Вхагар и Мераксес. Эйенару наследовал Гейемон Великолепный, после которого правили Мейегон, брат его Эйерис, сыновья Эйериса Эйеликс, Бейелон и Дейемион. В 27 году до н.э. в семье лорда Эйериона Таргариена — сына Дейемиона — и леди Валейены из дома Веларионов родился сын Эйегон. Позже он женился на двух своих сестрах, Висенье и Рейенис. Двоеженство было необычным даже для Таргариенов, хотя в прошлом такие прецеденты были. Все трое уже стали драконьими владыками и летали на драконах прежде, чем пожениться. В исторических книгах часто говорится, что Эйегон ни разу не ступал на землю Вестероса до Высадки, но есть информация о том, что он бывал на юге материка и даже посещал Ланниспорт.

В это время в Речных Землях и Просторе шли войны; самыми воинственными правителями были король Харрен Черный из рода Хоаров, что с Железных Островов, и Аргилак Надменный из рода Дюррандонов, правивший Штормовыми Землями. Харрен практически завершил строительство своего колоссального замка и, как говорили, намеревался возобновить завоевания. Аргилак боялся Харрена и предложил Эйегону союз. Вероятно, он хотел создать буферное государство между землями Харрена и своим королевством. Аргилак предложил Эйегону руку своей дочери, а также часть земель в качестве приданого — впрочем, изрядная часть этих земель находилась под властью Харрена Черного. Эйегон отказался, заметив, что у него уже есть две жены, и предложил в качестве мужа для дочери Аргилака своего лучшего друга и брата-бастарда Ориса Баратеона. Аргилак счел это предложение смертельным оскорблением и приказал отрубить руки послу Эйегона, а затем отослал их обратно, велев сказать «Только эти руки ты и получишь». Эйегон созвал знамена и провел совет со своими знаменосцами и сестрами. В итоге они разослали всем королям Семи Королевств воронов с сообщением: «Останется только один король». Те, кто склонит колено, сохранит свои земли и титулы; но тех, кто это не сделает, Эйегон сотрет с лица земли.

Считается, что в войске Эйегона, когда оно покинуло Драконий Камень, было три тысячи человек — а некоторые историки утверждают, что не больше нескольких сотен. Они высадились на берегах Черноводного Залива — в землях, на которые в разные времена претендовала добрая сотня королей. Сейчас здесь никаких королей не было — только несколько мелких лордов, покоренных Харреном и не питавших к нему любви. Эйегон послал своих сестер в Росби и Стокворт, и эти два замка сдались без кровопролития. Дарклины из Сумеречного Дола и Мутоны из Девичьего Пруда попытались сопротивляться. Орис повел на них армию по земле, а Эйегон парил на Балерионе в небесах — и они одержали легкую победу.

Старшая сестра Эйегона, Висенья, была воительницей и лучше чувствовала себя в кольчуге, чем в шелках. Она носила меч из валирийской стали под названием Темная Сестра. По описаниям, она отличалась суровой красотой, была строга и безжалостна, и, как поговаривали, занималась чародейством. Рейенис была полной противоположностью Висеньи — игривая и любопытная, она любила музыку и поэзию. Но больше всего Рейенис любила летать на своем драконе Мераксесе и проводила в небесах вдвое больше времени, чем ее брат и сестра. Она окружала себя красивыми юношами, и ходили слухи, что Рейенис развлекается со своими фаворитами, когда Эйегон спит с Висеньей. Однако и сам Эйегон на каждую ночь с Висеньей проводил десять ночей с Рейенис.

Сам Эйегон был человеком таинственным — он любил уединение и не имел других друзей, кроме Ориса. Он был великим воином и носил меч под названием Черное Пламя, но садился на дракона лишь для битв и странствий, и никогда не участвовал в турнирах. Хотя Эйегон был хорош собой, и в него влюблялись многие женщины, он сохранял верность сестрам. Эйегон предоставлял сестрам править за себя, а сам принимал командование, лишь когда в том была необходимость. Эйегон был жесток с теми, кто выступал против него, но великодушен с теми, кто ему покорился.

После высадки на одном из холмов у устья Черноводной — том, что позже назовут Холмом Эйегона — он выстроил маленькую крепость, окруженную частоколом. Он назначил Дейемона Велариона мастером над кораблями, Тристана Мэсси мастером над законами и Криспиана Селтигара мастером над монетой. Ориса Баратеона Эйегон назвал «щит мой, защита моя, крепкая десница моя» — так Орис стал первым королевским десницей. Висенья короновала Эйегона, и Рейенис провозгласила его королем. Лорды и рыцари приветствовали его, но еще больше ликовал простой народ.

По всем Семи Королевствам короли созывали знамена и заключали союзы. Дорн был готов вступить в союз с Таргариенами — но только на условиях равноправия. Союз предлагал и малолетний король Роннел Аррен. Эйегон не ответил ни на одно предложение. Все ждали, куда выступят Таргариены. Дейемон Веларион повел флот на север, где его встретил флот Арренов; в битве он погиб. Висенья сожгла флот Арренов. Орис Баратеон был разбит. Эйегон и Балерион сожгли ладьи сыновей Харрена вместе со всеми, кто был на этих ладьях. Начались восстания: сестринцы поднялись против Арренов, речные лорды против Харрена и его железнорожденных. Эдмин Талли из Риверрана со своим войском присоединился к Эйегону, и за ним последовали другие, более значительные речные дома: Маллистеры, Бракены, Блэквуды, Фреи и прочие. Все они отправились к Харренхоллу и осадили его.

Стены замка были высоки, в Харренхолле было вдоволь воды и продовольствия. Эйегон предложил Харрену переговоры; при этих переговорах присутствовали мейстеры, которые записали разговор двух королей. Эйегон сказал Харрену: «Сдайся, и я сделаю тебя лордом Железных Островов. У меня здесь восемь тысяч человек». Харрен ответил ему: «Что мне твои восемь тысяч? У меня есть стены». Эйегон ответил: «У меня есть драконы». Харрен сказал: «Камень не горит». Эйегон сказал: «Когда зайдет солнце, твой род прервется».

Харрен предложил щедрую награду любому, кто убьет дракона. Эйегон сел верхом на Балериона, взмыл высоко в небеса, спикировал и приземлился уже внутри стен. Балерион дыхнул пламенем — да, камень не горит, но горят дерево, солома и человеческая плоть. Камень, впрочем, от огня трескается, и скоро речные лорды за стенами замка увидели, как исполинские башни горят и оплывают, как свечки. Род Харрена прервался вместе с ним; мечи железнорожденных — черные, закопченные и согнутые — целыми телегами отвезли в Королевскую Гавань.

Если вассалы Харрена восстали, то Штормовые Земли остались верными Аргилаку. Штормовой Король поклялся, что не умрет зажаренным в замке, как поросенок с яблоком во рту — нет, он погибнет в битве. Он сам повел свое войско на бой. Висенья, которая вела разведку с небес, предупредила Ориса о наступлении Аргилака. Когда армии сошлись, началась сильная буря; советники Аргилака убеждали короля дождаться ясной погоды, но у Аргилака было вдвое больше мечей, и ветер нес дождь Таргариенам в лицо. Аргилак объявил атаку — так началась битва Последнего Шторма. Рыцари Аргилака устремились на врага, но размокшая от дождя почва замедлила их; прорвавшись наконец через болото, конница столкнулась с Рейенис верхом на Мераксесе. На земле дракон был столь же смертоносен, как и в небесах. Аргилак упал с лошади и оказался нос к носу с пешим Орисом Баратеоном. Оба нанесли друг другу раны, но очень скоро намерение Аргилака сбылось — он пал в бою. С его гибелью битва закончилась.

В Штормовом Пределе дочь Аргилака — Аргелла — объявила себя Штормовой Королевой и заперла ворота перед наступающей армией. Однако гарнизон замка не так рвался умереть, так что королеву выдали Орису обнаженной и в цепях. Орис обошелся с ней по-рыцарски — снял цепи, покрыл своим плащом и предложил ей вино и еду. Позже он взял себе герб Дюррандонов, стал лордом Штормового Предела и взял Аргеллу в жены.

Королева Долины Шарра Аррен тщательно обдумала свой следующий шаг. Хотя она была на десять лет старше Эйегона, она все еще считалась самой красивой женщиной Семи Королевств. Шарра отправила Эйегону свой портрет и завела переговоры о браке — Шарра лишь просила Эйегона назначить своим наследником маленького сына Шарры, Роннела. Эйегон не ответил. В это самое время король Торрхен Старк созывал свои знамена.

На западе король Мерин Гарднер и король Лоррен Ланнистер собрали грозную армию: 55 тысяч мечей, 600 лордов, больше 5000 конных рыцарей — и выступили на Эйегона. Эйегон и две его сестры соединили свои войска в Каменной Септе, но у них все равно было впятеро меньше мечей, чем у союзников. У Мерина Гарднера было больше всего людей, так что он потребовал себе командование над авангардом. Командующим армией Таргариенов был назначен Джон Мутон из Девичьего Пруда — самый первый вестеросский лорд, перешедший когда-то на их сторону. Как неоднократно замечают летописи, в тот день трава и пшеница на поле были сухими. Союзники пошли в атаку, сломив ряды Таргариенов. Драконы взмыли в воздух и начали поджигать поле — с подветренной стороны, тогда как Мутон был на наветренной. Армия Гарднера и Ланнистера была ослеплена пламенем и дымом, запаниковала и обратилась в бегство. Четыре тысячи союзников погибло в огне, и еще десять тысяч пострадали от ожогов, и многие тысячи — от нанесенных в бою ран. Со стороны Таргариенов погибло не больше сотни, хотя Висенья была ранена стрелой в плечо. Король Мерин Хайгарденский и его сыновья погибли в бою, на чем их род оборвался, но Лоррен Ланнистер бежал с поля боя. На следующий день он был пойман и преклонил колено перед Эйегоном. Эйегон сдержал слово — он поднял Лоррена с колен и сделал его лордом Утеса Кастерли и Хранителем Запада. Эйегон на драконе отправился в Хайгарден, и стюард Харлен Тирелл сдал ему замок. Эйегон назначил его верховным лордом Простора и Хранителем Юга. Далее они выступили на Старомест, когда пришли вести с Севера.

Торрхен Старк собрал мощную армию в 30 тысяч мечей и двинулся через Перешеек. Эйегон выступил ему навстречу с вдвое меньшей армией. Старки остановились у Рва Кайлин и держали совет. Брат-бастард Торрхена, Брандон Сноу, предложил тайком пробраться в лагерь Таргариенов и убить всех троих драконов. Вместо этого Торрхен послал его к Эйегону на Трезубец вместе с тремя мейстерами — вести переговоры. После этого и сам Торрхен склонился перед Эйегоном без боя и в дальнейшем был известен как Король, Преклонивший Колено.

Таргариены решили разделиться. Висенья отправилась прямиком в Долину и приземлилась на драконе во внутреннем дворе Орлиного Гнезда. Шарра явилась в тронный зал и обнаружила своего сына Роннела у Висеньи на коленях. Мальчик попросил мать «можно мне полетать с леди?». Шарра и Висенья обменялись любезностями, Шарра преклонила колено, и Роннел отправился в полет королем, а вернулся лордом.

Рейенис отправилась в Дорн, но все замки, которые она посетила, были пусты — там остались только женщины и дети. Когда она спрашивала дорниек, куда делись мужчины, те отвечали только «ушли». Наконец, Рейенис добралась до Солнечного Копья и нашла там только принцессу дорнийскую Миррам Мартелл. Принцессе дорнийской было уже восемьдесят лет, из которых шестьдесят она правила Дорном; она была толста, слепа и практически облысела. Аргилак Надменный звал ее «желтой дорнийской жабой». Миррам объявила Рейенис, что не собирается ни сражаться, ни преклонять колено — дескать, в Дорне нет короля и не будет: «Это Дорн. Вас здесь не надобно. Попробуйте только еще раз явиться». Рейенис предупредила, что если уйдет, то вернется с пламенем и кровью. Миррам ответила ей девизом дома Мартеллов.

Наконец, Эйегон отправился в величайший город Вестероса — Старомест, где находился престол верховного септона. Тот молился семь дней, и Старица ответила ему: верховному септону было открыто, что если город даст бой Эйегону, то падет. Правитель Староместа, Бенфред Хайтауэр, был осторожным человеком, он прислушался к верховному септону, и в скором времени Старомест открыл ворота. В Звездной Септе Эйегон был помазан елеем и провозглашен Эйегоном, первым этого имени, королем первых людей, андалов и ройнаров, и сотни лордов чествовали его как монарха единого государства. Поскольку на этой коронации присутствовали мейстеры, именно с нее они стали вести отсчет лет новой эпохи. Многие считали, что Эйегон должен был сделать своей столицей Старомест или же Драконий Камень. Он же удивил всех, выбрав в качестве новой столицы — Королевской Гавани — маленькую крепость на берегах Черноводного залива. Отсюда он правил страной со своего неудобного седалища, известного в дальнейшем как Железный Трон.

Вся информация взята с сайта "7 королевств".
Tags: искусство, кино, книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments