Corwin (realcorwin) wrote,
Corwin
realcorwin

Римские истории: Клеопатра в Риме

Продолжение. Начало — "Последний день Цезаря"



Несколько часов тело Цезаря лежало там, где он упал. Потом трое из четырех рабов, которые принесли его носилки, вошли в Курию, и, забрав окровавленный труп, отнесли его домой. Так как одного носильщика не хватало, носилки накренились, и рука Цезаря свесилась. Такое зрелище предстало Кальпурнии, когда рабы доставили мертвого хозяина в Domus Publica.

Скорбящая толпа, вытащив кресла магистратов и вообще все, что могло воспламениться, сожгла труп там же и тогда же, без всякой похоронной процессии на Марсовом поле. И это место очень легко найти. Оно чуть севернее трех уцелевших белых колонн храма Кастора и Поллукса, которые служат ориентирами на Форуме. Сейчас не сохранилось ничего, кроме полукруглых остатков кладки из кирпича и туфа, служившей фундаментом алтарю, воздвигнутому позже на этом месте. Domus Publica — всего лишь на несколько ярдов в стороне, так что похоронная процессия едва ли могла бы пуститься в путь в обход волнующейся толпы.

Среди многих трудностей, возникших со смертью Юлия Цезаря, едва ли не самым интересным был вопрос, что теперь делать с Клеопатрой, жившей на вилле Дории Памфилы. Часть римской знати не принимала ее, и простые люди тоже. Хотя она и была македонской гречанкой без капли египетской крови, римлянам нравилось считать ее восточной гарпией, которая ничего хорошего Риму не принесет. "Я презираю царицу", — писал Цицерон Аттику; унизила ли она его каким-то образом, или старый республиканец считал ее основной причиной диктаторских амбиций Цезаря — нельзя сказать точно. Рим был шокирован и отшатнулся. Цезарь поставил ее статую с двумя большими британскими жемчужинами в ушах в новом храме Венеры Прародительницы, Venus Genetrix, — знак, как сочли многие, того, что Цезарь ожидал, что римляне будут считать его любовницу богиней.

К моменту смерти Цезаря ей было двадцать четыре года. Сыну, которого она ему родила, Цезариону, исполнилось три. Ребенок подрастал, и внешностью, и походкой все больше напоминал Цезаря. Странно, что Цезарь не упомянул своего сына в завещании. При всеобщем смятении, последовавшем за убийством, Марк Антоний поднял в Сенате вопрос о претензиях Цезариона на наследство, но претензии были признаны неправомерными, и из этого ничего не вышло.

Клеопатра со смертью Цезаря утратила любовь и покровительство величайшего человека в мире, у нее не осталось никаких надежд. Перед убийством в Риме ходили слухи, что Цезарь собирается на ней жениться и перенести столицу в Александрию, откуда, как фараон, будет править с Клеопатрой всем римским и греческим мирами. Надеясь стать женой Цезаря и считаться матерью его законнорожденного сына, Клеопатра уже видела себя царицей мира, а ее ребенок, в чьих жилах македонская кровь Птолемеев соединилась с римской кровью рода Юлиев, наследовал бы империю, какая не снилась даже Александру Великому.

В письме, написанном Цицероном в апреле, упоминается об отъезде Клеопатры. Она мужественно оставалась в Риме еще месяц после смерти Цезаря, выжидая, как все обернется; но когда она поняла, что все складывается против ее ребенка, то египетский флот отвез ее домой, в Александрию.

Однако именно во время пребывания Клеопатры в Риме произошло событие величайшей важности, связанное с ней, событие, которое повлияло на жизнь всех людей. Это была реформа календаря. Время совсем запуталось, и Цезарь решил начать отсчет заново с помощью юлианского календаря, который остается основой современной системы. В Рим пригласили египетских придворных астрономов, чтобы они помогли выработать новый календарь, основанный на египетском календаре Евдокса. Среди этих приглашенных был Сосиген, самый известный астроном в Египте; именно с ним Цезарь и советовался.

Год, предшествовавший введению нового календаря, вероятно, должен был показаться бесконечным: он содержал девяносто лишних дней! Потом начался первый год Юлианского календаря, где месяцы насчитывали по тридцать и тридцать один день, за исключением февраля, в котором первоначально было двадцать девять дней, а каждый четвертый год — тридцать. Месяц квинтилий был назван июлем в честь Юлия Цезаря, а спустя поколение секстилий был переименован в август, хотя история о том, как Август украл из февраля один день, чтобы его месяц был таким же длинным, как месяц Юлия Цезаря, — это всего лишь старая и очень живучая легенда. Она повторялась из века в век и содержится даже в некоторых изданиях энциклопедии "Британника". Она основывается, видимо, на "De Anni Rationed", написанном йоркширцем Джоном Холивудом, известном также как Сакробоско, который жил в Париже примерно в 1230 году и тоже напряг свое воображение, пытаясь объяснить укороченность февраля. Но древние документы свидетельствуют о том, что секстилий содержал тридцать один день за многие годы до того, как стал называться августом.

Занятно размышлять о том, что юлианский календарь создавался в доме Клеопатры, более девятнадцати веков назад. Клеопатра вовсе не была такой уж красавицей, если считать, что статуя в Ватиканской галерее — та самая, из храма Венеры Прародительницы. Мы видим молодую женщину в изящной позе, в греческом одеянии. Никаких следов неотразимого очарования и блестящей красоты, которые приписывали ей древние авторы. Статуя могла изображать любую молодую аристократку того времени, и если бы не надпись "Клеопатра", никто бы и внимания на нее не обратил.

Оставшиеся тринадцать лет своей жизни после смерти Цезаря Клеопатра провела в попытках возродить мечту о мировой империи. Она вышла замуж за Марка Антония, и если были нужны доказательства того, что Цезарион — действительно сын Цезаря, то они были даны великолепной церемонией в Александрии, когда Антоний произвел тринадцатилетнего мальчика в сорегенты вместе с его матерью и присвоил ему громкий титул Царя царей. После битвы при мысе Акций, в которой Антоний и Клеопатра были разбиты Августом, молодой Цезарион, уже семнадцатилетний юноша, был отправлен в Индию в надежде, что там он будет в безопасности; но его перехватили по дороге, вернули в Александрию, где он был приговорен к смерти Августом.

Некоторые ученые склонны были видеть в Клеопатре Александра в женском обличье. Она мечтала объединить Запад и Восток, и было не удивительно, что власть интересовала ее больше, чем мужчины. Когда она вышла замуж за Антония, тому было уже пятьдесят, а ей — далеко за тридцать. Она располнела. Плутарх говорит: "Она притворялась, что сохнет от любви к Антонию, изнуряя себя диетой". Август, который видел ее после поражения, незадолго до ее самоубийства, нашел ее на постели, "на ней не было ничего, но рядом лежала какая-то одежда". Взгляд ее казался диким, волосы растрепались, голос дрожал, глаза запали. Она окружила себя портретами Юлия Цезаря и хранила письма, которые он ей когда-то писал. Август сел рядом и попытался успокоить ее, убеждая, что ей нечего бояться, но она сумела перехитрить его.

Должно быть, Август сразу узнал о самоубийстве Клеопатры, потому что, пытаясь спасти ее, тут же прислал к ней целителей из североафриканского племени псилли. В Риме они пользовались славой целителей от змеиных укусов и считались нечувствительными к яду змей и способными высасывать его. Но яд змеи Echis carinata, известной в Индии под именем "крайт", убивает за двадцать минут, и когда целители прибыли, было уже поздно.

Ее самоубийство лишило Рим великолепного зрелища — царица Египта в золотых кандалах. Так что Августу пришлось изготовить восковую фигуру Клеопатры, чтобы пронести ее по столице, празднуя победу.
Tags: Италия, Рим, история, политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments