August 16th, 2007

Уединение

Физика духа

В то время, когда академики воюют с церковью, а церковь - с академиками, думаю, не помешает привести примеры обратного свойства, а именно взаимопонимания науки и религии. На физфаке МГУ уже более 10 лет работает семинар "Фундаментальная физика и духовная культура", на который приглашаются и физики, и математики, и философы, и деятели культа.

В недавно мною прочитанном интервью профессора этого факультета Владимирова, а также другого физика, доцента Московского университета связи Захарова, рассказывается об идеях, лежащих в основании сотрудничества ученых и церковников. Очевидно, что науку и религию необходимо с одной стороны развести, а с другой стороны сделать это так, чтобы стала возможной и их совместная работа, и совместное будущее. В этой связи Захаровым высказывается соображение о двух разных типах причинности. Первый тип причинности - это тот, который Эммануил Кант назвал "естественной причинностью", а второй тип причинности тот же Кант назвал "свободной" или "волевой" причинностью. Подобное различение типов причинности ведется еще со времен Аристотеля: есть так называемая причинность действующая или механическая, а есть причинность целевая, целенаправленная; это причинность, обусловленная какой-то высшей волей, она обычно называется телеологической причинностью.

Любопытно, что и религиозное отношение к миру и научное миропонимание используют причинность. Без нее нет вообще объяснений, но в одном случае причины всегда отыскиваются в мире тех же природных явлений, которые мы хотим объяснить; это и есть естественная причинность. В другом случае (свободная причинность) отыскивается "финальная", окончательная причина; это волевая причина, она лежит вне наблюдаемых явлений, вне мира нашего опыта. Ее можно назвать волей Бога, если угодно.

Наука, вырабатывавшая свои, автономные методы познания мира, постулировала естественную причинность. Такие знаменитые творцы новой механики XVII века, как Галилей и Декарт, действительно изгоняли финальные причины из научной картины мира, и они были совершенно правы с точки зрения создаваемой ими картины мира. В категорической форме это выразил Пьер Симон Лаплас в своем известном ответе Наполеону. На вопрос, почему в его курсе "Небесная механика" совершенно отсутствует имя Бога, он ответил: "Я не нуждался в этой гипотезе".

Но вот что любопытно. Те же Галилей и Декарт, изгоняя религиозный элемент из физики, не позволили изгнать его из своего сознания - они были верующими людьми. Можно назвать вообще всех самых великих ученых XVII века; из них трое - Галилей, Декарт и Лейбниц - были верующими рационалистами, учившими о сотворении мира Богом, а трое других - Кеплер, Ньютон и Паскаль - были не только верующими, но и мистиками, веровавшими в промыслительное действие Бога в мире. Collapse )