Corwin (realcorwin) wrote,
Corwin
realcorwin

Российская "допинговая" феерия



Выполняю вчерашнее обещание написать о том, как я вижу ситуацию с Дементьевым и Чепаловой. Начать мне, однако, придётся с биатлонистов. Не стану утомлять подробностями того дела ни себя, ни других. Напомню только, что волюнтаристским решением президента международной федерации биатлона пробы, взятые, к слову, не по правилам, были направлены вместо положенной по регламенту немецкой лаборатории в Крайше в лозаннскую лабораторию. Лабораторий антидопингового агенства в мире десятки, но чуть что не так с российскими спортсменами - тут как тут лозаннская лаборатория. Там с этими пробами очень долго что-то делали, подгоняли методики, крутили — и в итоге "нашли" EPO. Только какой именно EPO нашли, никак не могли определить. То про "новейшее поколение" расскажут, то про кустарную российскую разработку, то про китайское происхождение наплетут. Очень быстро по проговоркам отечественных специалистов ("сколько лет было не допинг, а тут бац — допинг!") стало понятно: речь идёт о совсем другом препарате — кардиопротекторе, который российские спортсмены принимали вполне легально для защиты сердца от нагрузок. Даже имя автора всплыло — профессор Курочкин. И номер патента с подробным описанием препарата. Но раз русские — даже если только иногда — где-то выигрывают, значит они что-то "жрут". Есть основания предполагать, что ампулу с препаратом нашим западным друзьям подбросили свои местные "доброжелатели". И дальше уж аппарат заработал, пытаясь наколдовать тест для определения "чудо-средства", что русским только и помогает побеждать. А то, что никакой тест на EPO этот русский "EPO" не ловит, так не беда — переделаем. Задачка должна сойтись с ответом!

Сходилась, правда, долго. Всё никак не могли в Лозанне толком нарисовать результаты. Когда нарисовали и отправили, оказались, что там пшик, а не допинговые доказательства. Лозанна трепещет? Как бы не так — то были, сказали нам, всего лишь "типографические" ошибки: принтер распечатал не то, а то, что он распечатал — вообще другим спортсменам принадлежит, тут не читать, тут читать не так, а здесь вообще — рыбу заворачивать. Интересно, а допинговые обвинения тоже по анализам других спортсменов выносились?..

Потом ещё долго судили-рядили, не могли вынести окончательного решения. Вроде и допинг, но вроде и "нарисованный"... В результате поняли, что русские всё равно ничего поделать не смогут, влепили "преступникам" по два года без права участия на Олимпиадах и сказали, что "усё так и былó".

Что следует из всего этого цирка? Кроме, разумеется, убийства российского биатлона. А то, что мы сразу не знали точно и сейчас точно не знаем, сколько положительных (формально на EPO, а фактически на кардиопротектор) проб имеется в загашнике у ответственных за эту аферу с разводкой на допинг товарищей. В принципе, допингёрами могут оказаться все, то есть вообще все российские спортсмены. Потому что кардиопротектор без всякой задней мысли принимали все. И единственный выход — доказать, что он не допинг. Но доказывать-то надо тем, кто его под EPO подводил. Путающим графики, вывозящим пробы контрабандой, берущим взятки... Такое оно, спортивное "право".

От биатлона — к лыжам. Семь месяцев спустя вдруг становятся известны результаты январских проб (почему, скажем, не декабрьских, понятно — с каждым годом санкции к правонарушителям в спорте становятся всё жёстче, и январская позитивная проба очевидно "выгоднее" декабрьской), в которых по всё той же уже отработанной технологии найдено всё то же "EPO", что и у биатлонистов. Почему только сейчас всплыли эти пробы? А потому, что им, скорее всего, вообще не собирались давать ход. Что за препарат они обнаружили, не нарисованный, а реальный, лаборатории до сих пор не знают. И тут я соглашусь с Еленой Вайцеховской, написавшей:

"Вполне вероятно, что специалистов, представляющих три европейские лаборатории, - тех самых, что занимались исследованиями по "биатлонному" делу, просто взбесили непрекращающиеся претензии в некомпетентности, которые шли и до сих пор идут с российской стороны. Могло подлить масла в огонь и не столь давнее публичное высказывание одного из иностранных спортсменов, что за определенные деньги с допинг-лабораториями вполне можно договориться и поменять "плюс" на "минус". (Тут Елена приводит замечательное высказывание австрийского велосипедиста Коля, которого прижали компетентные органы на родине и он "запел". Corwin)

Козыри, как выяснилось, у лабораторий есть. Судя по всему - не последние. Вот только это все чаще напоминает игру без правил"

Елена здесь чуть заблуждается — правил никогда и не существовало. Но в общем ситуёвина изложена верно. И теперь, я думаю, понятно, как я к ней отношусь. Отвечая на уже заданные вопросы: да, российская лаборатория и не могла обнаружить то, что "обнаружила" лозаннская. Нет, никакой "чрезвычайной комиссии", что собирает сейчас лыжное руководство, не требуется. Разбирать нечего, всё давно разобрано. Да, конкретно Дементьев, Чепалова и Рысина ни в чём не виноваты и ничем от прочих российских атлетов не отличаются. Вероятно, их выбирали по принципу номинально сильнейший российский лыжник плюс номинально сильнейшая российская лыжница плюс номинально сильнейшая российская юниорка, ставшая в прошлом году чемпионкой мира в своей возрастной группе.

Наконец, от лыж к спорту вообще. И о призывах "работать по-честному" и тогда, мол, всё будет — и результаты, и хорошая репутация. Ну, про опыт немцев на Олимпиаде я вчера написал. Но речь не об этом. Любой спорт невозможен без фармакологии. И дело даже не в запрещённой фарме, а вообще. Каждая страна что-то разрабатывает, придумывает, работают целые фирмы и институты. На одного Фелпса вон целый Мичиганский университет работает. Однако, любая российская разработка тут же объявляется допингом: либо по принципу некой "похожести" (так вся фарма "похожа", у любой таблетки задача сделать быстрее-выше-сильнее, а не наоборот), либо вообще "от балды", когда кардиопротектор путём нескольких месяцев подгонки тестов становится EPO. Ситуация это совершенно невозможная и "работать по-честному" тут не поможет, потому что наши спортсмены и так работают по-честному. Никакого EPO у них никто не находил, и повторные анализы на EPO нового поколения (CERA) ничего у них не нашли (всё только у европейцев да африканцев с азиатами). А все скандалы крутятся вокруг обычного кардиопротектора, который якобы тоже EPO, вот только какой — никто толком сказать не может. А потом немецкий доктор, что немецких спортсменов обслуживает, которые конечно никакого EPO не жрут и именно поэтому так быстро бегают, что отдельные бабы мужиков обгоняют, рассказывает прессе, какие русские врачи дурные, что даже намешать EPO толком не могут, так чтобы ни один анализ не нашел, тогда как дело это — плёвое.

"Хорошая репутация" для российских спортсменов, на которую сейчас работают западные "партнёры" — это не чистые российские спортсмены, которые и так уж чище не придумаешь и с одной лишь мыслью на чемпионаты всякие ездят: хрен с медалями — лишь бы без скандалов (а потом мы удивляемся, почему в Берлине результаты у наших невысокие, почему форма у многих на спад пошла, тогда как у других — личный рекорд на рекорде), а Россия на надцатом месте, не мешающая разбирать спонсорские контракты тем, "кто более этого достоен".

Ну и под конец дадим слово одному из ведущих российских специалистов по допингу профессору Николаю Дурманову, который расскажет нам про "лабораторную кухню":

"Порядок таков. Аккредитованная ВАДА лаборатория должна сообщать обо всех положительных и подозрительных пробах в ВАДА. Немедленно. Запомним слово "подозрительные", оно нам еще пригодится...

ВАДА должна немедленно проинформировать соответствующую международную спортивную федерацию о том, что в пробах №№ такие-то, взятых тогда-то и там-то, выявлено следующее... и т.д.

Международная спортивная федерация должна практически немедленно войти в контакт с соответствующей национальной федерацией с аналогичным текстом слов, а также требованием найти спортсмена (ов), затребовать объяснения случившегося и получить согласие / несогласие на вскрытие пробы В.

Так в теории. На практике лаборатории часто видят странные результаты, которые они не могут однозначно интерпретировать. Они продолжают движение, в смысле проводят дальнейшие исследования, консультации с коллегами, с ВАДА и со сторонними экспертами до момента получения какого-либо более-менее ясного мнения, что же на самом деле в этих пробах. Эта стадия может длиться годами. Вот тут и просачиваются наружу таинственные слухи о ком-то почти пойманном или сидящим на крючке, о многих пробах, которые "на карандаше" и т.д.

То есть, результаты "подозрительные", но не настолько, чтобы считать их обязательными для включения в ВАДовские реестры и базы данных. Типо, такие слегка подозрительноватистые.

Или другая "подозрительность". В пробах видно нечто ну очень допинговое, сидящее там во всей красе, но нужны дополнительные исследования или изменения в действующие методики, чтобы это нечто можно было объявить допингом по формальным причинам. После этого никто не мешает (и даже обязан) разобраться с замороженными и недоанализированными пробами прошлых времен - а не было ли там этого нечто? Так было с тетрагидрогестриноном, с CERA, с другими допингами.

Проблема в том, что степень подозрительности, а это значит - дать информации ход или придержать подольше, определяется исключительно руководством конкретной антидопинговой лаборатории. Типо им виднее, они же прямо на линии фронта.

Той самой лаборатории, которую можно обвинить в предвзятости, низкой квалификации, ангажированности, русо-, германо- и готентоттофобии, коррупции и т.д. А еще можно доставать лабораторию мелкими адвокатскими придирками, требованиями явиться в суд очередной n-ый раз, ответить на очередные риторические 100 вопросов, потребовать перевести 5 тысяч страниц с научного на мудацкий. В общем, дергать этого зверя за хвост.

Но для этого мероприятия нужно быть очень уверенным, что в этой лаборатории где-нибудь в заиндевелых холодильниках не лежат при температуре -85 С какие-то странные пробы, имеющие для нас большое значение. В том смысле, что именно эти пробы вытащит разъяренный директор лаборатории со словами: "Ах, вы так, суки?! Значит так вы со мной, твари бесстыжие?! Ну, .ля, теперь держитесь..."

Нехорошо, некомфортно чувствовать себя заложником чьей-то доброй или злой воли. Лучше бы без этого. Но это реальность, данная нам в ощущение. И с ней надо считаться, а значит очень-очень сильно думать головой. Г о л о в о й.

Извините за длинность слога. Хотел как лучше. )
"

Опять, однако, у профессора за рыбу деньги :). Не считаться надо с реальностью, а изменять её. Ситуация, когда тебя держат за яйца, неприемлема. Играют вон негры в свой баскетбол, один американский городок с другим, а победитель — чемпион мира. И в хоккей куча народа играет в своей национальной лиге. Как только кто-то про допинг разговор заводит, ему сразу ответственный товарищ — "вы не понимаете нужды нашего спорта!" И всё. А потом весь мир этой (и другой тоже) лиге задницу лижет, чтобы те на Олимпиаду приехали. А сколько в боксе чемпионов мира? Не понравилась кому-то одна федерация — создали еще одну. А потом ещё.

Сколько стоит вшивый биатлон — чай не теннис — со всеми своими потрохами, если победители по паре тысяч евро призовых получают? Уж точно один Хиддинк дороже обходится. Вместо одного футбольного клуба возьмитесь за биатлон, создайте какой-нибудь EBU и собственные правила игры. Платите атлетам не две, а десять тысяч — последняя европейская собака, что на Россию гавкает, прибежит соревноваться. Если биатлон в России так популярен, так сделайте в него инвестицию. Вон КХЛ путь указывает, так биатлон, ей-богу, в тысячу раз дешевле обойдётся.

И не будет никакая швейцарская тварь по настроению и состоянию либидо любую таблетку made in Russia допингом называть да типографические ошибки делать.


PS. Комментарии к посту смогу прочесть только во вторник.

Tags: биатлон, медицина, общество, политика, спорт, экономика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 26 comments